Спор о Новом времени в контексте истории цивилизаций

Аннотация. Статья посвящена стадиальности развития человеческой цивилизации. Отмечается, что разные мыслители по-разному делят историю человеческой цивилизации на периоды. Общепризнанным в науке стало выделение т.н. Нового времени – этапа, с наступлением которого «ветхое человечество» уходит с исторической сцены и появляется современное человечество. На этом этапе происходит возникновение новой технологической и культурной цивилизации, европоцентристского мира, «европейского чуда» и экспансия европейской цивилизации в другие районы мира.

Ученые склонны всё обобщать, систематизировать и классифицировать. Разумеется, и сама история человечества стала предметом для такой операции, и в ней были выделены некоторые этапы. Разумеется, при любой классификации необходимо в первую очередь определиться с ее основанием. Например, выделять этапы в жизни человечества можно исходя из генезиса человека как вида – с позиции, допустим, палеогенетики. Так, в некоторых исследованиях говорится, что виду Homo sapiens около 300 тысяч лет, в других утверждается, что человек выделился в обособленную ветвь 6-7 миллионов лет назад.

Ученые выделяют и еще один важный этап в жизни древних гоминид – освоение орудий труда. Впервые, по мнению современных исследователей, это сделал Homo habilis («человек умелый»). Представители этого вида жили не раньше 2,5 миллионов лет назад в Восточной и Южной Африке. Кроме того, они, видимо, впервые в линии гоминид перешли на всеядность. Существуют и другие виды человека и прачеловека, но мы здесь не будем погружаться в эволюционную антропологию, скажем лишь, что рассматривать историю человечества можно и через призму этой науки.

Отдельно следует указать на такой этап в жизни человеческого вида, как неолитическая революция, когда человек от собирательства перешел к оседлому образу жизни – земледелию, скотоводству, ремеслу. Это произошло примерно 12 тысяч лет назад. Современные исследователи отмечают: «Термин “неолитическая революция” ввел в 1949 английский археолог Гордон Чайлд, близкий по своим концептуальным предпочтениям к марксизму и предложивший термин по аналогии с марксистским понятием “промышленная революция”. Эта революция, по Чайлду, “трансформировала человеческую экономику, дала человеку контроль над его собственным запасом продовольствия”, создав тем самым условия возникновения цивилизации» (1).

Ученые считают, что человек в это время начинает вести оседлый образ жизни, занимается земледелием и скотоводством, строит постоянные жилища, а также хранилища для продуктов. Появляются довольно совершенные орудия производства, создаются поселения городского типа. Это же время считается периодом зарождения публичной власти – примерно в том виде, в каком мы знаем его сегодня. Удивительным фактом оказывается то, что почти одновременно (конечно, по историческим меркам) человек в разных уголках земли – независимо от опыта других працивилизаций – научается выращивать культурные растения, собирать и хранить урожай, даже проводить ирригационные мероприятия. То есть многие мыслители считают, что срок существования современной человеческой цивилизации нужно отсчитывать от этой точки на оси истории: 10 тысяч лет до н.э. Соответственно, при таком подходе мы получаем «летопись» современной человеческой цивилизации длиною в 12 тысяч лет. Задача настоящей статьи попробовать сегментировать этот срок на несколько базовых этапов, опираясь на современные научные данные и концепции.

Общепризнанной теорией стало разделение этого «культурного участка» в летописи homo sapiens на два больших периода: до нашей (новой) эры и после нее. В этом разделении есть вполне осязаемый социокультурный смысл и связанная с ним важная мировоззренческая особенность, а именно: взгляд на сущность и цель исторического пути человечества, да и всей вселенной. Понятно, что для христиан это разделение имеет высшее мистическое значение: воплощение Сына Божия – главное событие в истории человечества. Но даже с позиции атеиста появление христианства – также поворотный момент в истории цивилизации, потому что на смену языческому мировоззрению приходит сознание нового типа, вызревшее в недрах иудаизма. Мы говорим здесь о концепции линейной истории, которая не была свойственна языческому или, если угодно, реликтовому мышлению. Оно видело мир через призму большого и малого суточно-солярных циклов. Проще говоря: человек, не знавший авраамической картины мира, думал о нем как о некоей раз и навсегда заведенной, претерпевающей череду последовательных изменений и постоянно возвращающейся в исходную точку системе.

Соответственно, индуизм, буддизм и другие неавраамические верования видели историю циклической. Такая точка зрения, в общем-то, и сегодня главенствующая в дальневосточном регионе: «Смысл истории – вечное воспроизведение одних и тех же форм социальной реальности, конечной цели как таковой нет. Разрыв привычной цикличности воспринимался как катастрофа, низвержение в хаос. Традиционализм, боязнь перемен – вот отличительные особенности мировоззрения жителей Египта, Месопотамии, Индии, Китая. Смысла истории, конечной цели существующей социальной реальности нет. Главное – не сбиться с привычного ритма воспроизведения устойчивых, освященных временем моделей» (2).

Христианство предложило концепцию линейного развития и уникальности каждого из отрезков, скажем так, «пройденного пути». Если посмотреть на это с точки зрения христианской апокалиптики, то у истории есть несколько базовых моментов: сотворение мира, грехопадение и изменение качества этого мира вследствие действия греха, подготовка мира к принятию Мессии (ветхозаветное время), явление Сына Божия миру, затем «последние времена» – это промежуток до Второго явления Христа. На этом история заканчивается. Начинается нечто, что трудно осмыслить в наших причинно-следственных понятиях. В богословии это состояние мира после апокалипсиса называется пакибытием, мы знаем, по слову Библии, что там «времени больше не будет», что там будет «новое небо и новая земля».

Еще одно разделение истории человечества на периоды – это трехчастная концепция: Древний мир, Средневековье, Новое время. Существуют разные подходы к маркированию границ, разделяющих эти периоды. «Часть современных ученых (Формационный подход) считает, что V век является эталонной вехой для мировой истории (падение Западной Римской империи 476 год). Этот подход подразумевает, что с момента свержения последнего римского императора (476 г.) и появления германских королевств на территории Западной Европы. произошел переход от одной социально-экономической формации, рабовладельческой, к другой – феодальной <…> Для определения рубежа между Древностью и Средневековьем, специалистами предлагается рассматривать промежуток времени между V и VIII вв., который характеризуется сменой нескольких цивилизаций с небольшим разрывом во времени (цивилизационный подход). При этом независимо друг от друга происходит процесс, связанный как с политическими событиями, так и с распространением мировых религий, изменивший мир» (3).

И тем не менее началом Средневековья обычно называют именно дату падения Западной Римской империи – то есть 476 год новой эры. Однако это понимание возникло в Новое время, когда человеческая цивилизация стала европоцентричной или западоцентричной. С началом географических открытий и бурной колониальной экспансии со стороны европейцев (Великобритания, Испания, Голландия, Португалия и т.д.) мир серьезно изменился: некогда запертые океанами сообщества, подобные американским индейцам, вдруг попадали под первую волну глобализации, которая принесла им, конечно, больше негативных последствий, чем пользы. Сегодня большинство западных ученых, аналитиков, политиков высказываются против колониального наследства прошлого. Угнетение, порабощение, рабство – все эти слова являются сильным раздражителем для западного общественного мнения, где культивируется идея «свободы» – в ее либеральном понимании.

Тем не менее, в общественное мнение вброшены и противоположные мнения.  Так, профессор Портлендского университета Брюс Гилли в 2017 году опубликовал статью «Доводы в пользу колониализма». Здесь он пишет, что в последнее столетие слово «колониализм» вызывало стойкое неприятие западного общества. Настало время поставить под сомнение эту аксиому. Исследователь указывает, что колониальное присутствие стало мощным созидательным драйвером для развития стран третьего мира. Ученый утверждает, что страны, которые имели колониальное наследие, в целом добились большего, чем те, которые его отвергли. По мнению ученого, антиколониальная идеология сегодня наносит вред мировой интеграции, взаимопониманию народов. Соответственно, радикальное неприятие колониализма требует пересмотра.

Вторит Гилли и профессор Оксфордского университета Найджел Биггар. Его статья в защиту колониализма вышла не где-нибудь, а в «The Times». В 2023 году исследователь издал книгу «Колониализм: моральный расчет», в которой также утверждает, что в Британии комплекс вины за колониальное прошлое должен быть пересмотрен. Он отмечает, что каждое время нужно мерить его собственной меркой. Применение современных моральных стандартов к событиям прошлого некорректно. По его мнению также, Великобритания инвестировала за границу больше капитала, чем любая другая страна на Земле. Кроме того, она принесла в колонии и прогрессивные моральные ценности, которые позволили многим государствам ныне развиваться более интенсивно. Как бы там ни было, но мы должны признать, что с конца XV века в течение примерно пяти столетий мир находится под властью европейцев или «генетических европейцев», то есть представителей западной цивилизации, к которой вполне уместно причислить и США, и Канаду, и Австралию…

Но должны ли мы безоговорочно принимать европоцентрическую точку зрения на стадиальность мировых геополитических и цивилизационных процессов? Некоторые видные мыслители отмечают, что нет, не должны. Например, классик отечественной геополитики и социологии Н.Я. Данилевский пишет: «В новейших исторических сочинениях, конечно, дело не представляется уж так, чтобы с 476 годом на исторической сцене упал занавес, вслед за чем имеет начаться новая пьеса; но самая сущность мало выигрывает от этого улучшения в изложении. Как бы медленно и постепенно занавес ни спускался и как бы, по мере этого спускания, ни вплеталась новая пьеса своей интригой в старую, вопрос в том: достаточно ли велик занавес, чтобы перегородить собой всю сцену, и можно ли найти какой-либо другой, который был бы для этого достаточно велик? Какое дело Китаю, какое дело Индии до падения Западной Римской империи? Даже для соседних заевфратских стран – не гораздо ли важнее было падение Парфянского и возникновение Сасанидского царства, чем падение Западной Римской империи?» (4, С. 100).

Нельзя также забывать, что на протяжении многих столетий европейцы сами находились в позиции обороняющихся от нашествия кочевников из Великой степи. По мнению известного британского ученого Хэлфорда Маккиндера, азиаты имели «мобильность державы», ею же, кстати, были наделены и мореплаватели-викинги. Но последние были слишком малочисленными, чтобы стать мощной геополитической силой. «Мобильные державы», в первую очередь азиатские, довольно долго имели геополитический успех за счет более динамичной деятельности, за счет более жесткой социальной организации, за счет более успешной административной политики. Кочевники (Чингисхан, Тамерлан и др.) держали в страхе колоссальные по своему масштабу территории как раз вследствие своего особого уклада, сфокусированного на внешней экспансии, на завоеваниях. Лишь в XV веке запертый в малом пространстве и при этом закаленный в войнах европейский «дух» вырвался на свободу. По сути, с этого момента и начинается современная история или т.н. Новое время. Главным выразителем западной (морской) цивилизации на протяжении трех веков была Британия – «Владычица морей».

Впрочем, некоторые мыслители с большим скепсисом относятся к трехчастной стадиальности современной человеческой цивилизации. Еще в XIX веке в релевантности этой концепции усомнился Н.Я. Данилевский: «Деление истории на Древнюю (с одной стороны) и Среднюю и Новую (с другой стороны) точно так же не удовлетворяет первому требованию естественной системы, как деление растений на явнобрачные и тайнобрачные или животных на позвоночных и беспозвоночных, – совершенно независимо от того, какие бы события мы ни приняли за исторические грани» (4, С. 101).

Данилевскому вторит выдающийся немецкий историософ Освальд Шпенглер: «Древний мир – Средние века – Новое время: вот невероятно скудная и бессмысленная схема, безоговорочное господство которой над нашим историческим мышлением без конца мешало нам правильно воспринимать действительное место, ранг, гештальт, прежде всего срок жизни маленькой части мира, проявляющегося на почве Западной Европы со времен немецких императоров, в его отношении ко всеобщей истории высшего человечества. Будущим культурам покажется маловероятным, что эта проекция со всей ее простодушной прямолинейностью, ее вздорными пропорциями, становящаяся от столетия к столетию все более невозможной и совершенно не допускающая включения заново вступающих в свет нашего исторического сознания областей, ни разу не была-таки серьезно поколеблена в своей значимости» (5, С. 144).

Тем не менее, человечество уже вряд ли откажется от термина «Средневековье», потому что оно стало краеугольным камнем для целого ряда наук, связанных с историческим развитием цивилизации. Есть даже специальная отрасль знания – медиевистика – занимающаяся этим периодом. Тем не менее мы должны понимать, что каждый регион мира развивался по своим правилам и имел свою специфику. Допустим, такое, казалось бы, очевидное событие, как начало Второй мировой войны, на самом деле в разных культурах имеет разные даты. Европейская точка зрения известна всем: начало мировой войны относится к 1 сентября 1939 года – это день вторжения гитлеровских войск в Польшу. Однако, допустим, в Китае датой начала Второй мировой войны считается 7 июля 1937 года – момент вторжения японцев в Поднебесную. Если уж о таких недалеких от нас по историческим меркам событиях не могут договориться представители разных цивилизаций, то что говорить о глобальных контекстах…

Шпенглер подчеркивает: «Выражение “Средние века”, употребленное впервые в 1667 году профессором Горном в Лейдене, покрывает сегодня бесформенную, постоянно расширяющуюся массу, которая чисто негативно определяется тем, что ни под каким предлогом не может быть отнесено к обеим другим более или менее упорядоченным группам» (5, С. 152).

Но если с началом Средневековья всё более-менее ясно, и историки в большинстве своем договорились, что точкой отсчета для него является год падения Западной Римской империи, то с Новым временем ситуация обстоит еще сложнее. Кто-то считает, что оно наступило в тот момент, когда началась эпоха Возрождения (XIV век), кто-то, когда перестала существовать вторая часть некогда единой Римской империи – Византия. Падение Константинополя произошло в 1453 году. Больше сторонников имеет концепция, что начало второй глобальной эпохи в истории человечества связано с Великими географическими открытиями, а именно – с открытием испанцами в 1492 году Америки. Есть мыслители, которые на первую место выдвигают религиозно-идеологическую составляющую, они считают, что новая формация появилась благодаря Лютеру и его Реформации, это 1517 год. Наконец, Новое время могут отсчитывать с Английской революции, начавшейся в 1640 году, а некоторые даже с революция во Франции в 1789–1799 гг.

Есть историки, которые привязывают начало этой эпохи не к конкретной дате на оси истории, а к новым социально-экономическим условиям, к глобальным технологическим сдвигам, к промышленной революции. При таком подходе часто точкой отсчета для Нового времени называется либо конец XVI-го, либо начало XVI вв. На этом этапе происходит возникновение новой технологической и культурной цивилизации, европоцентристского мира, «европейского чуда», экспансия европейской цивилизации в другие районы мира,  нарастает секуляризация…

Не всё ясно и с окончанием Нового времени. Можно посчитать, что оно еще длится, оставив историю человечества трехчастной: Древний мир, Средневековье, Новое время. А можно посчитать, что с наступлением ХХ века началась и новая эпоха – Новейшее время. Точкой отсчета для него нередко называют 1914 год – начало Первой мировой войны. Этот, как сказала Анна Ахматова: «не календарный – Настоящий Двадцатый Век».

Отдельные мыслители вообще настаивают на нежизнеспособности стадиальных концепций. Тот же Н.Я. Данилевский пишет: «Вообще нет такого события, которое могло бы разделить судьбу всего человечества на какие бы то ни было отделы; ибо до сих пор, собственно говоря, не было ни одного одновременного общечеловеческого события, да, вероятно, никогда и не будет. Даже само христианство – явление, имевшее до сих пор самое огромное влияние на судьбы человечества и которое должно со временем обнять его вполне, становится исторической гранью судеб каждого народа в различное время» (4, С. 100-101).

Итак, мы бегло рассмотрели основные стадии развития человечества как вида и человеческой цивилизации после неолитической революции. Несомненно, в истории человечества последних двенадцати тысяч лет есть важные вехи, которые серьезно меняли облик цивилизации. Однако их выделение требует учета регионального фактора: в разных местах планеты история развивалось по-разному. С этой позиции началом Нового времени следует считать, видимо, начало эпохи Великих географических открытий, которые изменили всю ойкумену.